Домой Видео В тюрьму — за фейк и низкий индекс. Какой закон власть готовит...

В тюрьму — за фейк и низкий индекс. Какой закон власть готовит для журналистов

Гуманитарный министр Владимир Бородянский провел презентацию своих инициатив по новому медийному закону. Его «Слуги народа» собираются подготовить до конца года – такой дедлайн содержится в недавнем указе Владимира Зеленского.

Судя по тому, что раньше говорили ответственные за медиа в Зе-команде – грядет серьезное ужесточение политики в отношении журналистов и СМИ. Вплоть до блокировки сайтов, закрытия каналов и уголовной ответственности за «манипуляции».

И вот в четверг, 15 ноября, Бородянский показал первые наброски того, что будет в медийном законопроекте. Он провел презентацию и попросил журналистов, которые на нее пришли, обсудить каждый пункт по отдельности. На обсуждение отвели около полутора часов. Большинство пунктов получили от собравшихся медийщиков «минус».

«Страна» анализирует, что готовят в министерстве гумполитики для украинских журналистов.

«У нас информационная война»

«Сегодня мы расскажем, как будем защищать наше информационное пространство», — задал тон дискуссии Бородянский. То есть власть готовится не журналистов защищать, и не свободу слова, а отражать информационную агрессию.

Презентовал стратегию первый замминистра Анатолий Максимчук, который до сентября работал в СТБ вместе с Бородянским.

Анатолий Максимчук. Кадр из видео

«Все мы понимаем, что у нас идет информационная война как часть гибридной войны, которая ведется РФ против Украины», — начал он в лучших традициях предыдущей властной команды.

На экране возник слайд из презентации, на котором описаны главные принципы будущего законопроекта. Оговаривая, что давить на «неудобных» журналистов нельзя, в министерстве указали, что нужно вводить «суровую ответственность за умышленное систематическое распространение дезинформации, которая является элементом военной агрессии против Украины».

После этого Максимчук зачитал определение дезинформации, которое используют в ЕС.

«Дезинформация – очевидно неправдивая или вводящая в обман информация, которая в совокупности:

— создана, представлена и распространена с целью экономической выгоды или умышленного введения в обман общественности

— может принести вред обществу из-за угрозы демократическим политическим процессам и процессам выработки политики, а также таким общественным благам как защита здоровья граждан, окружающая среда и безопасность.

Понятие «дезинформации» не охватывает недостоверную рекламу, ошибки в отчетности, сатиру и пародию и очевидные необъективные новости и комментарии, и не является нарушением юридических обязательств, кодексов саморегулирования рекламных услуг и стандартов недостоверной рекламы».

В министерстве говорят, что взяли это определение из кодекса практики ЕС о противодействии дезинформации, который вступил в силу год назад.

Как пример дезинформации привели «распятого мальчика» и «применение фосфорных бомб украинцами на востоке Украины».

Примеры показывают, что дезинформацией в министерстве готовы считать только фейки, которые продуцируются со стороны сепаратистов.

После этого Максимчук уточнил, что данное определение в украинском законе не появится. «Для Украины должны быть разработаны свои дефиниции», — заявил он.

Что за проблема была сразу «разработать» свое, а не вставлять в презентацию то, чего в законе не будет – осталось не совсем понятным.

Ответственность за дезинформацию должна наступать после решения суда.

«Но она должна быть такой, чтобы субьект не захотел нарушать», — сказал чиновник, делая отсылку на «суровое наказание», упомянутое выше.

Замминистра также перечислил основные элементы информационной системы, которую собирается строить власть.

В их перечне обращает на себя внимание наличие должности омбудсмена по вопросам информации, регистрация СМИ («у нас часть медиа за пределами правового регулирования, и это позволяет устраивать массированные атаки против украинской государственности»), запрет россиянам владеть медиа в Украине. А также «ответственность», указанная последним пунктом.

Также стоит сказать, что власть продвигает идею саморегулирования журналистского сообщества. Хотя в названии таится лукавство – если это саморегулирование, то причем тут вообще государство? Скорее всего речь идет о создании некоего органа, который держава признает «саморегулирующимся». Он, со слов Максимчука, должен будет написать некие стандарты и правила для журналистов.

Вопрос аккредитации иностранных журналистов – еще один пункт  «элементов» — чиновник увязал с «активизацией гибридной войны». То есть видимо речь идет о том, чтобы ужесточить условия допуска международных СМИ в Украину.

«Цель – обращение в суд». Чем займется инфо-омбудсмен

Судя из того, что рассказали в министерстве – это новый чиновник, который мониторит СМИ, ищет в них «дезинформацию» (сам или по жалобе со стороны) и обращается в суд.

Эту роль обмудсмена – подавать в суд — первой назвал Максимчук, хотя на слайде она деликатно поставлена в самом низу. «Его задача – обращение в суд, чтобы ее (дезинформацию – Ред.) запретить», — сказал зам Бородянского.

Что значит «запретить» он не пояснил, но, судя по всему, речь идет о требовании к сайту удалить информацию, которую «обмудсмен» сочтет «дезинформацией». А под этот критерий может попасть что угодно. Более того, само по себе понятие «распространение дезинформации» становится уголовно наказуемым. То есть, обмудсмен может журналиста, при желании, и под статью подвести (но об этом подробнее мы расскажем ниже).

Интересно, что экспертизу дезинформации такой омбудсмен будет проводить с помощью неких «фактчекинговых организаций». Надо полагать, что речь идет об структурах, которые позиционируют себя «вочдогами» (сторожевыми псами) украинского рынка СМИ.

Учитывая, что главной целью преобразований власти называют де-факто борьбу с Россией – то примерно понятно, о каких организациях речь. Это различные грантовые структуры, вроде «Детектор медиа» и «Института массовой информации», которые при Порошенко атаковали СМИ, критикующие власть. В том числе и через составление тендециозных рейтингов «достоверности новостей» и «соблюдения журналистских стандартов» (подробнее об их деятельности здесь).

Причем, судя по заявлениям, привлечение этих организаций будет постоянным – у омбудсмена не будет больших ресурсов для работы.

«Речь об организациях, у которых будет прозрачное финансирование для фактчекинга информации», — говорит чиновник. То есть, надо полагать, целевые гранты на эту деятельность от западных структур.

По словам Максимчука, омбудсмен будет обращаться в суд, если нет конкретного субьекта, чьи права нарушены – например, как в случае с «распятым мальчиком».

«Независимая» журналистская организация

Еще один важный элемент конструкции, которую возводят у Зеленского – это самоуправляемая организация журналистов. Которую… «полностью или частично финансирует государство».

То есть уже на этом уровне становится понятно, что это будет по сути государственный орган, мимикрирующий под независимый.

Он должен будет следить за этическими стандартами журналистской деятельности и разработать критерии достоверности новостей. Которые сможет присваивать любому материалу или сюжету.

Но главное – это фактическое госучреждение будет решать, кто журналист, а кто нет. «Подтверждение или предоставление статуса журналиста или остановка статуса», — такая функция прописана в презентации Бородянского.

Критерием того, журналист человек или нет – будет «Кодекс этики украинского журналиста», который будет писать финансируемое государством учреждение.

«Как мы слышали от коллег, журналистами себя может называть кто угодно. Они могут иметь удостоверение и предендовать на то, чтобы их государство защищало. Хотя по факту они не журналисты, они не работают по стандартам», — рисует масштаб проблемы Максимчук.

Сказать, что эта норма скандальна — это не сказать ничего. По сути не редактор СМИ отныне решает, кто у него журналист, а какой-то посторонний орган.

Эта же организация будет проверять новости на достоверность и присваивать им специальный индекс. Как пример приводят британский Global Disinformation Index (GDI) – некоммерческую британскую организацию, чьи отчеты никаких юридических или политических последствий не имеют. Однако в Украине, похоже, этот индекс будет практически государственным.

Еще один интересный момент – мнения должны быть отделены от новостей.

«Нужно четко информировать потребителя, какой это тип контента. Если это новостной контент, он отечает тем стандартам, которые разработаны. Если это условно говоря личное мнение какого-то уважаемого человека – окей, это может быть, но оно должно быть отделено от новостей», — заявил Максимчук.

Но тогда возникает вопрос: если премьер Гончарук заявил, что ВВП Украины должно вырасти за пять лет на 40% — это его мнение или новость? Куда ставить такой контент?

Ну и в целом, почему государство должно диктовать СМИ формат подачи материала? Разве мнение «уважаемого человека» не может быть новостью? Да и вообще – если указано, кто автор тех или иных слов, какая правительству разница, в какой рубрике СМИ это размещает?

Новые стандарты предполагают писать, кто автор информации, даже если он подписывается псевдонимом.

Интересное ноу-хау предлагают интернет-СМИ. Если на какую-то информацию подали заявку об опровержении, то в заголовке чиновники предлагают ставить добавку «Подана заявка на опровержение» — и неважно, правомерная она или нет.

Разумеется, это понижает вес материала в глазах читателей. И может привести к злупотреблениям. То есть можно будет потребовать опровергнуть любую информацию, которая не понравилась, к примеру, Бородянскому. И даже если требование неадекватное – читатели какое-то время будут видеть в заголовке «нехорошее» объявление.

При желании, такими пометкими можно завалить хоть все новости или статьи на любом сайте. С подобной атакой справится даже небольшая ботоферма.

Повальная регистрация СМИ

Украинские медиа «в условиях информагрессии» ждет тотальная регистрация.

Речь, скорее всего, о тех интернет-СМИ, которые до сих пор как медиа не зарегистрированы, потому что печать и радио-ТВ уже давно лицензируются и регистрируются.

«Лицензирование должно применяться исключительно к тем медиа, которые используют ограниченный ресурс – например, радиочастотный. Все остальные – в зависимости от того, какой у них охват, какая специфика, должны подлежать регистрации для того, чтобы мы – государство, общество – могли понимать, как и к кому можно реагировать, обращаться и так далее. Потому что к сожалению сейчас полная неопределенность. При том, что мы работаем в условиях информагрессии», — пояснил Максимчук.

Защита журналистов

Этот вопрос возник ближе к концу презентации – что показывает его реальный приоритет для власти.

Первым пунктом в презентации идет напоминание, что не каждый журналист – это журналист. Дальше идет приятный для глаз, но странный пункт о том, что СМИ должны за свой счет застраховать жизнь и здоровье журналиста.

Здесь не совсем понятно – то ли власти хотят отнести медиа к опасным профессиям (а судя по количеству нападений на журналистов – так оно и есть). Но тогда финансировать охрану труда здесь должно государство.

То ли просто делают реверанс в адрес работников медиа, зная, что финансировать это все равно придется владельцу, а не казне. Или же просто чистят рынок СМИ от небольших и средних проектов, оставляя место лишь «грандам», которые могут себе позволить поголовное страхование сотрудников.

По сути это шаг к еще более полной олигархизации медиа – ведь уровень доходности СМИ в Украине крайне невысок. И не каждая редакция сможет себе позволить такую роскошь.

Также предлагается ввести особый порядок следствия по журналисту – с информированием и участием «независимой» организации, которую будет финансировать государство. «Должно быть специальное следственное подразделение», — уточнил Максимчук.

Еще один пункт – это бесплатная правовая помощь, если на журналиста заведут дело. И обеспечение охраны журналиста, которому грозит опасность. И наконец – выплата государственных компенсаций журналисту, который потерял работу вследствие цензуры со стороны работодателя.

«Мы должны поддерживать журналистов, которые честные, принципиальные, которые готовы противостоять давлению – в случае, если журналист увольняется после такого давления. В этом случае государство его поддерживает, чтобы он мог прокормить себя и свою семью», — заявил чиновник.

Чем это будет отличаться от стандартных выплат по безработице – замминистра не уточнил.

Но в политическом смысле это может стать удобным инструментом для властей дезорганизовать работу неугодного им медиа. Журналистов, таким образом, подталкиват «стучать» на своих работодателей, обещая взамен финансовую поддержку из бюджета.

Уголовная ответственность за фейки

Ну, и самая ожидаемая часть. В министерстве Бородянского предлагают ввести уголовную ответственность за дезинформацию.

Она наступает, если распространение «дезы» идет умышленно и систематически. В том числе – по заказу третьих лиц и с доказанным вредом. Также сажать предлагают за вмешательство в работу медиа или журналиста. А также их подкуп.

По сути пытаются криминализовать «джинсу» в СМИ – это и есть распространение заказных новостей и подкуп редакций.

Административное же наказание предусмотрено лишь за однократную дезинформацию и без признаков заказа. И за отсутствие исходных данных редакции.

В конце зам Бородянского пообещал, что все эти нормы будут нарабатываться с журналистким сообществом, которое должно делегировать своих представителей для обсуждений. Куда – пока непонятно.

«На протяжении трех недель мы хотим, чтобы у нас появился первый драфт законопроекта», — подытожил Бородянский.

Вкратце

Инициативы Бородянского вводят в законодательство новые критерии ответственности для СМИ.

Сейчас медиа уравниваются с остальными гражданами. Их можно преследовать за вполне конкретные статьи УК – разжигание межнациональной розни, призывы к нарушению целостности государства и так далее.

За недостоверную информацию СМИ отвечают по гражданскому кодексу – сообразно причиненному ущербу, если кто-то подаст иск о защите чести и достоинства, либо с требованием опровергнуть недостоверную информацию.

Теперь же предлагается наказывать медиа за некую «дезинформацию». Причем уголовно. Это тем более скандально, что власти до сих пор не придумали термина этой дезинформации. Но уже собираются за нее карать.

И это при том, что за реальные уголовные преступления, которые уже совершаются отдельными работниками СМИ – власть не наказывает. К примеру, журналиста Остапа Дроздова, который в эфире «5 канала» призвал ограничить конституционные права граждан – лишить жителей Донбасса паспортов Украины и не давать им голосовать.

То есть очевидно, что у одних СМИ будут видеть «дезинформацию», а у других нет.

Не менее скандальная норма – это существование некоего органа, который будет решать, кто журналист, а кто нет. Он будет финансироваться государством и определять все стандарты для СМИ. Маркировать новости как достоверные или нет. И служить подпоркой для информационного омбудсмена – а по факту «смотрящего» за СМИ, главная задача которого – с ними судиться.

Включая, видимо, инициацию уголовных дел в отношении журналистов, которых теперь можно будет сажать за сознательное распространение дезинформации. Чьи критерии еще не выписаны.

При этом подсластить пилюлю пытаются откровенно завиральными нормами о поголовном медстраховании или особом следствии – однако очевидно, что это особое следствие, как и обычное сейчас, находится в руках власти.

Что известно об авторе новых медианорм

По информации «Страны», создателем всех этих посылов, которые ограничивают работу СМИ, является медиаюрист Игорь Розкладай.

Он работает в грантовской организации «Центр демократии и верховенства права» специалистом по медийному праву. Также он сотрудничал с «Реанимационным пакетом реформ».

По данным «Страны», министр сначала хотел сделать Розкладая главой госархива, но затем это ведомство забрал под себя Минюст. На сайте НАПК осталась декларация юриста, который подавался на эту должность.

Получив закономерно негативные отзывы на свое законотворчество, Розкладай написал гневный пост в Facebook. Он заявил, что нужно укранизировать Netflix и пожалел, что создать единую журналистскую организацию будет очень сложно — судя по реакции журналистов.

«Читаю комментарии по обнародованной презентации медийного закона, и вот что я вам скажу. Я понимаю, почему у нас нет Прессового совета. Здесь нет общих ценностей. Прежде всего ву тех, кто претендует на интеллектуальное лидерство.
Прежде всего, качество журналистики «поражает». Предсказуемо и неприятно. Большинство реакций эмоциональные и близки к «зраде». Ну так разве может быть иначе ?! Не наехать, а спросить — это некий забытый skill.

Во-вторых, диаметрально противоположные хотелки. От «не трогайте нас, мы вообще ни при чем» до «а где еще обязанности для этих» и от «не смейте блокировать сайты» до «надо нафиг позакрывать все эти каналы». Особенно интересна реакция на пока концепт «fair play». Все знают, что количество медиа зашкаливает. Все знают, что рынкуа с таким количеством медиа не будет. Это не рынок, это пиар, несправедливая конкуренция, что-то другое. Но сама идея пугает: «Это же придется закрыть, закроют не тех». Мыши плакали и продолжали жрать кактус.

Вопрос эффективности, реалистичности выполнения хотелок похоже тоже не сильно задумывает. «Давайте обяжем». Ну давайте, и so what? Механизм выполнения где? Итак, хотелка есть, а там «авось». Какие там три круга policy development. «Yakos bude» tm.

Может, сделать тренинг о «ping & traceroute & whois», как прививку от хотелок?
В-третьих, директиву не открывали, а в директиве есть и Нетфликс (VoD) и Ютуб (user-generated video sharing platform). Итак, Европа пытается защищаться от искривления рынка и от Голливуда. Именно поэтому еще в 1989 году появилась Конвенция о трансграничном вещании. Деньги главное, упакованное в красивые слова. Именно поэтому страны самостоятельно ищут способы внедрения и отчетности соцсетей и языковых квот (загляните в Нетфликс, сколько контента имеет польскую и турецкую озвучку или титры), именно поэтому Италия обсуждает Netflix tax. И только украинцы вместо дискуссии хайпуют, вырывая из контекста, и гигикают вместо того, чтобы задуматься о справедливой конкуренции и национальных интересах.

Новый закон о СМИ будет, он будет сложным, и баланс интересов очень трудно вырабатывается. Очевидно, что никто не будет доволен на все 100. Недоверие, шлейф творчества регулятора и 112х каналов очень тяготит, но все хотят изменения правил. Мы делаем все возможное, чтобы удержать баланс, но хотелок, которые невозможно реализовать, не будет, не обижайтесь. Какими бы они ни были красивыми и благородными.

К примеру, почему все непросто: некоторые телеграмм каналы в Украине уже конкурируют с медиа, в т.ч. по рекламе. Скажите, а вы политические ТГ видели? А кто стоит за каналами … То-то же.

Я понимаю, что как раньше не будет. Рубикон перейден, и мы будем по разные стороны баррикад. Я понимаю, что хайп будет продолжаться, потому что кто-то слышал звон, кто-то не попал в рабочую группу, кто-то мечтает не иметь регулировки, плюс отсутствие общих векторов. А кому-то просто хочется срача. Но караван должен идти, я лично потратил на этот текст 2 года своей жизни и не собираюсь останавливаться. За полезные советы благодарны, в т.ч. нашим европейским коллегам. Комментариев до конца работы больше не буду давать, я ценю свои силы и время и, честно, надоело зрадофильство и борическая борьба».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ИСТОЧНИКhttps://strana.ua/
Предыдущая статьяАресты экс-чиновников НБУ: Что стоит за «делом банкиров» в НАБУ
Следующая статьяНовые взрывы в Балаклее. Что произошло на военных складах, где погибли два сапера и четверо ранены

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: